Астраханский край в XVI — XVII веках. Развитие экономики и торговли в XVII веке

Предыдущая глава — Калмыки и Астраханский край (XVII-XVIII вв.)

Экономическое состояние Астраханского края в XVII веке характеризуется преимущественным развитием торговли, рыбного и соляного промыслов. Бассейн Волги и ее притоков издавна считался районом развитого судостроения. Это было важным фактором, позволившим Астрахани стать крупным портом и ведущим торговым центром на Каспийском море.

С присоединением Астраханского края Россия открыла для себя выход к Каспийскому морю для торговли с Ираном, Закавказьем и Средней Азией. Волга вновь обрела свое значение великого русского транзитного пути.

Долговременные международные связи, выражавшиеся в традиционных контактах (обмен, торговля), функционировали в этом регионе на протяжении многих столетий на трассах торговых путей.

«Кроме славы и блеска, Россия, примкнув свои владения к морю Каспийскому, открыла для себя новые источники богатства и силы, ее торговля и политическое влияние распространились», — отмечает Н.М. Карамзин.

Источники XVI-XVII вв., характеризуя географические и природные особенности Астраханского края, — обширные степные просторы, жаркий климат, плодородие почв, обилие воды, отмечали: «Этот край считают очень плодородным… здесь много маленьких вишневых де-ревьев, в пору приносящих плоды, много хороших фруктов. Этот укрепленный город (Астрахань), торгующий больше, чем любой другой в России, и снабжающий почти всю Россию солью и соленой рыбой».

Своеобразие географических и природных особенностей определило и характер хозяйственной деятельности и структурного организма края: население, сосредоточившееся в городах и окрестностях, было в основном занято на рыбных и соляных промыслах, удобные водные пути втягивали определенную массу населения в активную торговую деятельность, развивалось ремесло, садоводство и бахчеводство.

Иностранные путешественники, посетившие Астрахань в XVII в., — А. Олеарий, Я. Стрюйс рисуют нам Астрахань «как крупный торго-во-промысловый и военно-административный центр».

Основным промыслом в крае было рыболовство. Водные угодья до присоединения края к России являлись собственностью астраханс-ких ханов, после изгнания хана Ямгурчея (июль 1554 г.) все татары во главе с Дербышем дали клятву подчиняться русскому царю Ивану Гроз-ному и платить дань в 40 тыс. алтын и 3 тыс. руб.

А.Н. Штылько, известный исследователь астраханской старины, указывает: «В своей шертной (клятвенной) грамоте Дербыш дал согласие, знаменательное в истории астраханской рыбопромышленности: «русским людям дозволено безданно и безъясачно производить лов рыбы от Казани до Каспийского моря».

После присоединения края водными угодьями стали распоряжаться воеводы. В 1568 г. игумен Кирилл привез из Москвы от царя Ивана IV грамоту, по которой «ему повелено было устроить мужской монастырь св. Николая Чудотворца. Монастырю отведены были рыбные ловли: на реках Волге и Бузан, остров Чурка с буграми и протоками от Перекопа до Ахтубинского устья, вниз по Синему морю, с ильменями и со всеми угодьями Коломаневский учуг». В 1574 г. Кирилл в челобитной Ивану Грозному просил «…велети им в Астрахани дать место, где наставить лавку и в той лавке купить и продать беспошлинно… велети держать судно белозерку, или дощаник, в длину от кормы до носа 30 сажень, а в тем судне соль или рыбу привезите и из Астрахани вверх Волгою до Ереславля и Окою рекою до Калуги…».

Благосклонно приняв челобитную, царь удовлетворил просьбу игумена и подтвердил это в 1575 г. грамотой. Эта грамота была по-зднее подтверждена царем Михаилом Федоровичем, а в 1646 г. — царем Алексеем Михайловичем.

Исследователь Калеба в очерке «О каспийском рыболовстве» отмечает, что по древнему русскому праву рыбные ловли, как и другие угодья, составляли отдельный от земли предмет собственности и пользования, жаловавшийся на праве вотчинном, поместном и тягловом.

Царские власти рассматривали волго-каспийские рыбные промыслы как государственную собственность, приравненную к земле, и раздавали их представителям светской и клерикальной власти на основе поместного права.

Указом от 1653 г. (№99) патриарху Никону и его преемникам были отведены в Астрахани в вечное владение Камызяк со всеми рыбными ловлями и угодьями и сверх того учуг Чаган за оброк без перекупки. По Указу 21 октября 1681 г., подтвержденному грамотой от 1690 г., Вознесенскому, а затем в 1707 г. Спасо-Преображенскому монастырям были отведены «морские ловли, что против Бузанских, Толмачевой и Худяковой горловины, в морских водах ильмены, культуки, …урочища Полуденная лопатина, да две Колпачинские косы».

Астраханские вольные стрельцы за их службу также были жалованы правом рыбной ловли со всякими снастями по реке Волге от реки Болды по обе стороны в 5 верст.

Первые учуги (забойки) возникли в низовьях Волги в XVI в. Наи-более крупными учугами считались Чаган, Иванчуг, Уваринский, Уро-стобский.Существовали и более мелкие: Чурка, Вельский, Бурунтай, Вешняк. «Учуг, — уточняет С.Г Гмелин, — татарское слово… значит род перегородки, забойки». «Забойка делается таким образом: сперва поперек реки перебивают толстые сваи; расстоянием одну от другой на поларшина. Если сваи готовы будут, то ставят против течения реки так же из толстых… между собой соединенных сваи состоящие избы, по средине которых делаются различные проходы, кои отстоят друг от дружки на три сажени.. .».

Учуги устраивались в местах основного хода «красной рыбы». Поток рыбы, двигавшейся вверх по реке, за счет системы частоколов направлялся в специальную «учужную избу», имевшую единственный вход. Рыбу с помощью багров вылавливали и перевозили в специальные помещения для обработки, засолки и приготовления визиги. Рядом находились коптильня, навесы для вяления рыбы, вешала, чаны для варки клея, сараи для дров, склады с солью, рыболовными снастями, бондарные мастерские, кузницы. Здесь же были выстроены жилые избы, бани. В некоторых учугах строились церкви. На территории учугов находился дом управителя и контора. Поселки в большинстве случаев обносились деревянной стеной со сторожевыми башнями.

Учуги располагались на волжских протоках до самого побережья Каспия. Владельцами учугов были казна, дворцовое ведомство, заготавливавшее рыбу для «государева обихода», патриарший и митрополичьи дома и астраханские монастыри, которые в XVII в. получили их в качестве пожалования, позже учуги сдавали на откуп частным лицам.

Ф.И. Соймонов в книге «Описание Каспийского моря» подробно свидетельствует: «Ниже Астрахани ловят в учугах белуг, осетров и севрюг, которые идучи вверх по реке, в заколы заходят, где проходы так узки, что ни оборотиться, и следовательно никакого выходу найти не могут». Рыбу еще ловили «сетью и самоловами или крючками из толстой проволоки, прилепленными к протянутой через реку толстой веревке, таким образом, что когда веревка лежит на дне, то крючки, для привязанных к ним поплавкам, на дно попасть не могут, но беспрестанно вертятся от быстрого воды течения. За сии крючки зацепляются осетры».

Лов производился и сетями — ловили стерлядей, белорыбицу, судаков, окуней. Ф. Соймонов отмечает, что в самом устье Волги и вдоль морского берега применяли неводы — аханы, «кои делаются из толстых веревок». В глубоких местах, между мелями, ловили белуг, за которыми «нарочито далеко ходят в море, от 3 до 5 сажень глубиною и ловят кроме белог еще осетров и севрюг».

Рыбный промысел являлся самым массовым видом занятий в крае, чему способствовало обилие ценной рыбы в волжских протоках и ог-ромный спрос на нее в верховых городах. А. Олеарий пишет: «На Волге совершается чрезвычайно богатая ловля рыбы всевозможных сортов; рыбы эта весьма дешева, так как за 1 грош можно купить 12 больших карпов, а 200 стерлядей или малых осетров (это очень вкусная рыба) — за 15 грошей».

Некоторые рыбопромышленники брали на откуп участки поймы и имели рыболовецкие ватаги. Рыбу они продавали свежей, но также вялили ее, коптили, приготавливали клей, визигу.

Стрельцы, владевшие несколькими лодками, брали подряды на поставку рыбы дворцовому ведомству, митрополиту. Широко была распространена ловля рыбы артелями, наиболее оптимальной считалась артель из четырех-шести лодок. Кроме ловли рыбы, был развит и артельный тюленебойный промысел. На право промыслов вводились откупа, сумма которых в 1672-1673 гг. колебалась от 10 до 200 руб. в год.

Анализируя состояние рыболовного хозяйства в Астраханском крае в конце XVII-начале XVIII в., Н. Пальмов отмечает, что особого порядка в рыбной промышленности не было, ловили, где хотели, «не было твердого и определенного разграничения между водными пространствами, принадлежавшими к тому или другому промыслу или ватаге».

Район Астраханских рыбопромысловых вод был огромен. Он находился в ведении двух контор — Саратовской и Астраханской.

Протяжение вод, подведомственных Саратовской конторе, измерялось в 800 верст. Они начинались у села Сосновского, где находились Чудовские воды, и заканчивались в 30 верстах от Астрахани.

С верха Песчаного острова шли собственно Астраханские воды. Сюда же относились и морские ловли до рек Терек и Яик. Рыболовные воды делились на две группы — казенные учуги и промыслы — участки, сдававшиеся в аренду, на откуп частным лицам. Казенные учуги пользовались своеобразной автономией. Всего казенных учугов на начало XVIII в. насчитывалось девять, а промыслов, сдаваемых на откуп, -тридцать восемь.

Другим важным и распространенным занятием населения был соляной промысел, но, в отличие от рыбной, добыча соли была доступна наиболее состоятельным людям, так как организация промыслов требовала приличных денежных вложений.

Добыча соли в Астраханском крае, имеющем громадные запасы самосадочной и каменной соли, производилась с древнейших времен. Еще в книге «Большому Чертежу…», составленной в XVI в. и дополненной в Разрядном приказе в 1627 г., имеются сведения о соляных озерах: «А ниже Балыклей за Волгою озеро соленое (Елтонское) вдоль 90 верст, а около того озера кладези пресные… От Золотой Орды, от реки Ахтубы против песков Нарынских, лежит озеро Ускончак, или Утончак (Баскунчак), а в озере там ломают соль чиста как лед… От Астрахани вниз Волгою рекою до ближе соли 70, а до дальние соли 100 верст». В числе мелких озер упоминается озеро Кордувин (Корбуан).

«В лагунах, или соляных лужах, — замечает А. Олеарий, — имеются соляные жилы, через которые рассол подымается вверх; под влиянием солнечной жары соль выпаривается на поверхность в виде ледяных глыб кристальной чистоты… у нее приятный запах фиалки». Русские, — продолжает он, — ведут обширную торговлю солью, свозят ее на берег Волги, насыпают большими кучами и развозят по всей России.

В конце XVI-XVII вв. астраханская соль — «бузан» — свободно вывозилась в большом количестве по всей России с уплатой незначительной пошлины. С.Г Гмелин в «Путешествии по России» замечает: «Подводчики, кои соль с озер на пристань возят, получают за 1000 мешков, из коих в каждом по три с половиной пуда бывает… Астраханскую соль с пристаней возят в Астрахань, Саратов, Дмитриевск и в Нижний Новгород. Казна платила иногда за поставку каждого пуда от озера до Астрахани по две копейки с половиной, до Дмитриевска по семи, до Саратова по десяти, а до Нижнего Новгорода по семнадцати».

По объему добычи соли солепромышленники делились на несколько групп. Первую из них представляли крупные солепромышленники (конные стрельцы Н. Ногаев, С. Долгой, Я. Малофеев и др.), которые имели собственные суда, соляные бугры, нанимали от 25 до 60 работников. За одну поездку, как явствует из таможенных записей, они привозили от 12 до 20 тыс. пудов соли. Средние солепромышленники объединялись в компании, нанимали суда и работников до 10 человек. Были и мелкие соледобытчики, но они значительно уступали по количеству добываемой соли первым двум категориям. Соль зачастую продевалась купцам-перекупщикам, подрядчикам, которые отправляли ее вверх по Волге в российские города и селения. За право добычи соли следовало платить пошлины. До 1626 г. соляная пошлина носила натуральный характер, составляя 1/3 добытой соли, а с 1626 г. пошлину стали брать деньгами — по 0,5 копейки с пуда и по 3 коп. за каждую партию в сто пудов. За каждую 1000 пудов соли взималось в пользу казны по 5 рублей 90 копеек.

После введения торгового Устава с солепромышленников взыс-кивалась и торговая пошлина по 10 денег с рубля. В 1672 г. за продажу 1000 пудов на рынке нужно было заплатить 10 рублей, в 1674 г. — 9 рублей. Таким образом, солепромышленники в 70-90-х гг. XVII в. уплачи-вали государству более половины вырученных за соль денег.

Число промышленников во второй половине XVII в. увеличилось за счет приезжих (среди них и крупные купцы, и посадские люди, прибывающие на заработки). После введения государственной соляной монополии и гербового сбора промысел стали вести лишь состоятельные откупщики, получавшие крупные подряды.

Характеризуя экономическое состояние Астраханского края XVII в., необходимо отметить развитие садоводства и огородничества. Весьма красноречивые свидетельства этому находим мы у современников. Так А. Олеарий, например, вдохновенно повествует: «Что касается садовых плодов, то они здесь так великолепны, что мы лучших не находили даже в Персии: это яблоки, грецкие орехи, большие желтые дыни, а также арбузы. …Подобного рода арбузов и дынь татары доставляют еженедельно возов 10-20 в Астрахань по очень дешевой цене». Он также отмечает великолепные виноградники и сообщает о том, что астраханский виноград доставляется в Москву, где продается воеводам и боярам. Действительно, стрелец, владея огородом, мог в конце XVII в. содержать семью, нанимать работников и даже откупаться от некоторых служб. Урожаи реализовывались на местных рын-ках и за их пределами. Арбузы привозили на рынки партиями от 500 до 3500 штук.

В процессе формирования экономики Астраханского края активно начинает развиваться торговля. Астрахань постепенно превращается в один из крупнейших торговых центров складывающегося всероссийского рынка. А. Олеарий пишет: «В городе не только русские, но персияне и индийцы, все имеют по своему рынку. Так, как и бухарские… и ногайские татары, а также армяне (христианский народ) со всякими товарами ведут тут большую торговлю и промыслы, то, как говорят, город этот и приносит ежегодно его царскому величеству большую сумму — даже одних пошлин 12 тысяч рублей».

К началу XVIII в. в Белом городе насчитывалось 303 торговых лавки, 9 торговых рядов: Большой, Рыбный, Мясной, Медовый, Калаш-ный, Ветошный, Шапочный, Сапожный, Гарянский.

Особое место занимала торговля со странами Востока. В русской среднеазиатской торговле второй половины XVII в. различают три основных вида: 1) так называемые подарки или поминки. Они состояли из редких, дорогих вещей. Это была своеобразная форма личной торговли между владетелями, освобожденная от всяких пошлин; 2) торговля, которая велась через посредство доверенных царских и ханских «гостей», «купчин». Подобную торговлю разрешалось вести повсеместно на территории Московского государства. Эта торговля была освобождена от пошлин; 3) торговля частных купцов; их товары подлежали обычному торговому обложению.

А.Н. Штылько отмечает: «Тяготение к Астрахани восточных купцов было столь велико, что ни разбои, ни грабежи, ни морские опасности на Каспии… не охлаждали иностранных купцов».

Но и Западная Европа смотрела на Астрахань с вожделением. Англия, Венеция, Пшштиния, Польша, Турция, Римская империя, Ганзейские города — все добивались права торговли через Астрахань.

В интересах развития торговых связей с прикаспийскими государствами русское правительство стало заботиться об организации регулярного сообщения между Астраханью и портами Каспийского моря, объявив каспийское мореходство делом царским, государственным. В Астрахани был учрежден специальный Деловой Двор, который управлялся начальником из боярских детей и целовальниками.

В связи с ростом торговых связей активно стало развиваться торговое судоходство: ежегодно по Волге в Астрахань приходило до 500 судов. Плавание было небезопасным, поэтому караваны шли в сопровождении отряда стрельцов, располагавшемся на передовом конвойном судне, вооруженном пушками.

Иногда торговцы составляли товарищества и отправляли свои суда, связав их вместе. Одной из важнейших задач Делового Двора было строительство судов для поддержания каспийской торговли и обеспечения ее безопасности с помощью флотилии «есаульных» стругов.

При Деловом Дворе состоял штат корабельных мастеров, подчинявшихся «голове», здесь же имелись кормщики, т.е. «шкапера» для мореходных бус. В ведении Делового Двора находилась флотилия речных и морских есаульных стругов, на которых стрельцы несли службу по охране водного пути. В челобитных торговых людей и ценовых расписках содержатся данные о поставке на Деловой Двор веревок, холста, скоб, канатов, смолы, лесных материалов, нитей парусных и других судовых принадлежностей.

В XVII в. по Каспию ходили бусы — остроносые, круглодонные, крутобокие суда с одним парусам. На них имелись запасные канаты, якоря, паруса. Командовал бусой служилый человек, в состав экипажа входили кормщик, носовщик, махоня (сигнальщик), пушкари, 20 стрельцов.

Строительство бус носило организованный характер. Всегда можно было изготовить необходимое количество судов в короткий срок. Грузоподъемность некоторых бус достигала 120 т.

Начало строительство флота для Каспийского моря связано с именем царя Алексея Михайловича и главой Посольского и Малороссийского Приказов А.Л. Ордин-Нащокина. 19 июня 1667 г. последовал царский указ, который предписывал: «Для посылок из Астрахани на Хвалынское море делать корабли в Коломенском уезде, в селе Дединове, и то корабельное дело ведать в Приказе Новгородские Чети боярину Ордин-Нащокину, да думным диакам Герасиму Дохторову да Лукьяну Голосову, да дьяку Ефиму Юрьеву».

Инструменты, необходимые для корабельного дела, были приве-зены из-за границы, голландец Давид Бутлер привез карту Каспийского моря и проект морского устава.

В село Дединово был отправлен лес, веревки, канаты, оружие, 30 плотников, кузнецы. Осенью 1667 г. начались работы по строительству корабля, яхты, двух шлюпов. 26 мая 1668 г. Яков Полуэктов, назначенный Ордин-Нащокиным начальником строительства, писал: «Корабль пущен и доделываться на воде, а яхта и шлюпка поспеют в скором времени». Так строился первый русский военный корабль «Орел». В первом плавании весной 1669 г. под командованием Д. Бутлера на корабле «Орел» было 20 иностранцев и 35 нижегородских стрельцов. 24 авгус-та «Орел» с полным оснащением (22 пушки от двух до пятифутового калибра) прибыл в Астрахань.

Попытка сооружения более совершенных и хорошо оснащенных кораблей связана с именем Петра I. К петровскому времени относится создание Каспийской флотилии, обеспечивающей потребности заморской торговли и охрану Великого Волжского торгового пути.

Наиболее активно торговля России велась со странами Средней Азии. Общий товарооборот Русского государства со средней Азией выражался в сумме около 100 тысяч рублей. Большая часть русских товаров, вывозившихся в Среднюю Азию, бухарские и хивинские то-вары, шедшие в Россию, проходили через Астрахань.

Правительство России, заинтересованное в восточной торговле, стремилось поощрять приезд иноземных купцов и проводило в их отношении покровительственную политику.

В 1616 г. хивинскому послу Ходжи Юсуфу было дано от царя Михаила Федоровича согласие на перевоз товаров в Астрахань и в другие города России; в 1619 г. русскому послу в Бухаре Ивану Хохлову поручалось известить хана, что Бухаре по его просьбе разрешается торговать в Астрахани разными товарами. Такого же согласия просил и царь для русских купцов, приезжающих в Бухару.

В целях упорядочивания торговли последовал Указ воеводам: «Воровства и измены не чинить, неправильно взятое возвратить и Государеву имени от иноземцев нечестье не приносить, посул и поимок не брать, а буде кто пожалуется, тебе от нас быти казнену смертью».

Правительство предписывало отвести для приезжих купцов специальные особые места для проживания и торговли, так называемые гостиные дворы.

Первые гостиные дворы, возникшие в Астрахани, были Гилянский и Бухарский. Сначала они находились за городской чертой на обширных пространствах с караван-сараями. На Гилянском останавливались купцы из Персии и Закавказья, а на Бухарском — из Средней Азии и Индии. По-видимому, эти дворы и являлись тем ядром, вокруг которого стали складываться восточные колонии.

Многочисленную группу торгового населения составляли армяне. Разнообразные источники свидетельствуют, что армянские торговцы постоянно проживали в Астрахани уже в начале 80-х гг. XVI в. На первых порах они группировались на Гилянском дворе.

Стремление армянского населения осесть на постоянное место жительства в Астрахани объясняется тем, что Нижнее Поволжье на-ходилось под надежной защитой Москвы. На своей же исторической родине армянское население подвергалось угнетению со стороны Персии и Турции.

Заметно возросло количество армянских переселенцев с 1614 г., когда стала вновь возрождаться торгово-экономическая жизнь России после окончания польско-шведской интервенции. Расселялись они в основной массе за стенами Белого города вдоль Садового бугра. Здесь и стала формироваться «древнейшая в русской Астрахани армянская слобода».

В первые десятилетия XVII в. армянские поселения еще не сформировались в торговую колонию, поскольку не имели собственного самоуправления, а представляли собою скорее фракцию торговцев Ирана и Закавказья. Однако известно, что уже в это время в Астрахани существовало армянское кладбище, а во второй половине XVII в. была построена первая армянская церковь.

С увеличением численности армянского населения в Астрахани и его торговой активности возникает вопрос о строительстве гостиного двора, который начал функционировать в 30-х годах XVII века.

Русское правительство особое внимание придавало развитию торговых связей с Индией. Это не могло не сказаться на изменении торговой инфраструктуры Астрахани. 20 мая 1647 г. астраханским воеводам была выдана царская грамота, в которой им предписывалось оказы-вать всяческое содействие индийским купцам, чтобы они, в свою оче-редь, в «Астрахань с товары своими ездили безо всякого опасения, и свою братию индийцев торговых людей для торгов и с товары на вечное житье под нашу царского величества высокую руку призывали, а наша государская милость и жалованье и береженье к ним будет».

Естественно, что такая политика русского правительства имела благоприятные последствия и способствовала привлечению индийских купцов к торговле с Россией. Индийские купцы, осевшие в Астрахани, пользовались большими привилегиями. Они платили пошлины наравне с русскими торговыми людми, были подсудны Приказу Ка-занского двора, в ведении которого находилось Среднее и Нижнее Поволжье.

Купцы, приезжающие в Астрахань на время, не имели особых льгот и преимуществ и подлежали юрисдикции Посольского Приказа.

Во второй половине XVII в. оседлые купцы торговали не только в Астрахани, но и в Москве, Казани, Ярославле, на Макарьевской яр-марке.

Почти все индийские купцы, их родственники и прислуга жили в Индийском гостином дворе, принадлежащем казне.

Число восточных купцов, увеличивающиеся масштабы их торговли вызывали явное неудовольствие русского купечества, требовавше-го от правительства ограничений в правах торговли для иноземцев.

В связи с этим в 1655 г. был принят Новоторговый устав, который запрещал и иностранным купцам и астраханским жителям розничную торговлю в Москве.

Новоторговый устав предписывал с 1667 г. всем купцам при выезде из Астрахани с товарами для продажи платить двойные пошлины. В этот период усиливается таможенный контроль, все сделки подлежали регистрации, были отменены льготные условия продажи татарским, кабардинским князьям и мурзам, имевшим охранные грамоты на право беспошлинной торговли.

В наказе 1672 г. астраханскому воеводе Я.Н. Одоевскому предписывалось вести строгий учет всех привозимых иностранными купцами товаров, вносить их в таможенные книги, разрешать торговать только в специально отведенных для этого местах: в Индийском гостином дворе и на Татарском базаре.

Введение Новоторгового устава привело к тому, что Астрахань становится единственным русским городом, где восточные купцы могли платить минимальную пошлину по 10 денег с рубля, продавать товары оптом и в розницу, производить на льготных условиях закупку предметов русского и западноевропейского производства.

Несмотря на требования русского купечества ограничить права иностранных купцов, что в определенной степени отразилось в Новоторговом уставе 1667 г., за восточными купцами все-таки сохранялись некоторые льготы.

Эти послабления в отношении армянских купцов отразились в договоре 1667 г. с армянской Джульфинской компанией, по которому они получили монопольное право на торговлю персидским шелком в пределах всей России.

Главным пунктом операций Джульфинской компании стала ACT рахань, являвшаяся перевалочным пунктом при отправке непродан ной части шелка вверх по Волге. Это приводило к увеличению объем; торговли Армянского гостиного двора и притоку в Астрахань служа щих джульфинцев. Местные армяне оказались вовлеченными в дея тельность компании, причем договор с Джульфинской компанией вое принимался как относящийся ко всем астраханским армянам, хотя боль шинство из них и не являлось джульфинцами.

Торговая покровительственная политика по отношению к инозем ным купцам вызывала недовольство русского купечества, о чем свидетельствует челобитная русских купцов от 7 ноября 1684 г.

В ней говорилось, что купцы находятся «в обиде всяких торгов от иноземцев разных государств, а иначе всех от индейцев, потому чтс они живут на Москве и в Астрахани многие годы без съезду и называ-ются они ложно астраханскими жителями… а торгуют всякими това-ры, на Москве живучи, продают в рознь, и в долги, дают и в деньги большую ценою…».

Жители восточных колоний были освобождены от повинностей они платили лишь таможенные пошлины, «поамбарщину», за наем лавок, «провозные» деньги, «пожилые», за право жить в Астрахани. Они свободно отправляли религиозные обряды. В административном отношении это были самоуправляющиеся общины. Выборные люди, стоящие во главе общин руководили жизнью колоний, разрешали конфликты, осуществляли посредническую миссию при контактах с царской администрацией.

Следующая глава — Население Астраханского края в XVIII веке

Добавить комментарий