Восстание в Астрахани

Уважаемый посетитель! Этот замечательный портал существует на скромные пожертвования.
Пожалуйста, окажите сайту посильную помощь. Хотя бы символическую!
Мы благодарим за вклад, который Вы сделаете.

Или можете напрямую пополнить карту 2200 7706 4925 1826

Вы также можете помочь порталу без ущерба для себя! И даже заработать 1000 рублей! Прочитайте, пожалуйста!

Восстание в АстраханиВ «Историческом журнале» (№12, 1944, с.19-22) нашел кое-что по истории Астраханского рабочего восстания, о котором, помнится, какие-то белодельцы нагородили ужасов: реки крови и пр. Но сам мятеж таки был, и так как одновременно в городе был товарищ Киров, совисторикам волей-неволей приходилось обращать на него внимание.
В общем, так сказать, взгляд советской стороны.

С.M. Киров постоянно интересовался работой госпиталей, неоднократно посещал иx, проявлял большую заботу о медицинских работниках. Благодаря неустанным заботам Ревкома и трудящихся Астрахани тысячи больных красноармейцев были спасены. Они вновь вступили в ряды Красной Армии и героически сражались с врагами.
Через год — 29 марта 1920 г. Реввоенсовет 11-й армии прислал телеграмму Астраханскому губисполкому за подписью С. М. Кирова: «Красные бойцы XI армии шлют свой боевой привет астраханскому пролетариату. Шествуя победоносно по Сeверному Кавказу, XI армия твёрдо помюгг год, когда она, усталая, больная, раздетая и голодная, вынуждена была отступать под натиском противника по бескрайним астраханским степям в Красную Астрахань, где нашла братский приют астраханского пролетариата» (1).
В связи с отступлением 11-й армян в Астрахань прибывало много беженцев. Население в городе значительно увеличилось. Запасы же продовольствия были ничтожны. Поэтому вопрос о продовольствии был одним из основных вопросов, который Ревком должен был немедленно разрешить.
Ревком ввёл строгий учёт всех имевшихся запасов продовольствия и установил строгий контроль над их расходованием. Необходимо было уменьшить хлебный паёк.
26 февраля Реввоенсовет Каспийско-Кавказского фронта издал приказ об у меньшении хлебного пайка для красноармейцев с двух фунтов до одного. 27 февраля Ревком дал распоряжение сократить паёк для гражданского населения: первой категории — до одного фунта в день, второй категории — 1/2 фунта, третьей — 1/4 фунта.
Одновременно Ревком обязал продовольственные органы вдвое увеличить рыбный паёк и выдавать рыбу более высокого качества. С.М.Киров предложил красноармейскому уездному исполкому и земотделу принять срочные меры по заготовке мяса для Красной Армии. «Мяса абсолютно нет. Тысячи больных воинов погибают отсутствием питания. Исполнением прошу донести» (2), — писал С.М.Киров в Красный Яр.
Ревком обязал продовольственные opraны не позднее 4 марта ввести общегосударственный классовый паёк. «Этим, наконец, и в Астрахани, — говорилось в приказе, — кладётся начало проведению в жизнь принципа: «хлеб только трудящимся».
По требованию С.М. Кирова Наркомпрод 4 марта дал наряд Самарскому губпродкому немедленно погрузить для Астрахани 30 тыс. пудов хлеба.
27 февраля, в день издания Ревкомом приказа о сокращении хлебного пайка, С. М. Киров выступил на происходившей в то время 2-й астраханской губернской партийной конференции. Отметив тяжелое положение страны, неудачи Красной Армии на Северном Кавказе, распространение в армии эпидемии тифа и тяжёлое положение с продовольствием, Киров заявил: «Едоков здесь увеличилось, но хлеба достаточно не поступило, что нас и заставило сократить хлебный паёк, потому теперь на нашей партии лежит большая обязанность удержать массы в этот переживаемый момент. Я надеюсь, что мы выйдем победителями из этого положения» (4). Конференция приняла ряд мер для усиления массовой работы.
Астраханские газеты разъясняли трудящимся, что только крайняя необходимость заставила прибегнуть к сокращению хлебного пайка: «Тысячи больных и голодных товарищей ваших, пройдя пешком сотни вёрст, терпя нечеловеческие муки, лишь бы не попасть плен к казачьим генералам, добрались Астрахани, где и так назревал продовольственный кризис… Не имея больших запасов продовольственных продуктов и не предвидя скорое получете их, нужно было прибегнуть к крайней мере, а именно к самоограничению» (5)
Белогвардейцы и их агенты — меньшевики и эсеры, — пользуясь продовольственными затруднениями, развернули подрывную pаботу среди населения города и главным образом на заводах, выполнявших заказы для Красной Армии. На ряде заводов — «Кавказ и Меркурий», бывших заводах Нобеля, Норена и других — были проведены подпольные собрания. Местным органам советской власти были предъявлены ультимативные требования — развернуть свободную торговлю, увеличить хлебный паёк и др. Была даже созвана конференция представителей некоторых заводов, на которой антисоветские элементы протащили резолюцию с угрозой забастовки. По городу распространялись провокационные слухи, что Астрахань скоро будет в руках белоказаков.

1. «Коммунист» (Астрахань) от 31 марта 1920 года.
2. Ленинградский музей С.М.Кирова, отдел фондов, отд. 1. папка 38, л. 3.
3. «Красный воин» (Астрахань) от 5 марта 1919 года.
4. «Коммунист» от 4 марта 1919 года.
5. «Коммунист» от 5 марта 1919 года.

Было очевидно, что враги готовили восстание, они спешили использовать чрезвычайно тяжелое положение в Астрахани. План восстания был разработан ими заранее. Они имели, как потом выяснилось, свой штаб, пулемёты, винтовки, полевой телефон. Руководили подготовкой восстания белогвардейские офицеры, в том числе пробравшиеся через линию фронта деникинцы. Во главе восстания стоял белогвардейский казачий офицер Калмыков. Активно участвовали в подготовке восстания эсеры и местная буржуазия. Восстание предполагалось начать весной 1919 г. одновременно в ряде мест, в том числе и в Астрахани.
Ревком неоднократно предупреждал рабочих о возможных провокациях. 5 марта на объединённом собрании совета профсоюзов, фабрично-заводских комитетов и других рабочих организаций выступил C.M. Киров с докладом по продовольственному вопросу. «Для того чтобы сэкономить имеющиеся запасы, — сказал С.М. Киров,— до ожидаемого вскоре подвоза значительных хлебных грузов. Ревком в первую голову провёл меру уменьшения рабочего и красноармейского пайка до одного фунта.
Кроме того, сейчас Ревком всецело занят работой по размещению больных и беженцев, прибывающих с фронта, и по борьбе с эпидемией сыпного тифа. Как в своей продовольственной, таҡ и в санитарной политике Ревком будет твёрд и решителен, не уступая никаким требованиям провокационного характера» (1)
Собрание было многолюдным и очень бурным. Наряду с правильными вьступлениями рабочих были и антисоветские требования свободной торговли, увеличения хлебного пайка. Была даже оглашена резолюция с угрозой забастовки, в случае невыполнения требовании, что вызвало возмущение рабочих.
В своём заключительном слове С.М.Киров спокойно и уверенно разъяснил создавшееся положеше, доказал, что требования об увеличении продовольственного пайка в данное время не могут быть удовлетворены.
Собрание постановило считать преступлением прекращение работы на заводах в данный момент, признало незыблемость государственной хлебной монополии и предложило губпродкому принять меры по улучшению снабжения на основе продовольственных норм, установленных Ревкомом, организовать закупку ненормированных продуктов, улучшить снабжение свежей рыбой, улучшить выпечку хлеба и работу хлебных магазинов.
7 марта моряки обратились к рабочим с призывом не поддаваться провакации антисоветских элементов. Районный комитет paботников водного транспорта опубликовал такое же обращение к рабочим водного транспорта.
В этот же день, в 9 час. утра. Ревком объявил Астрахань «на военном положении и образовал совет обороны города. Была послана экстренная телеграмма Ленину и Свердлову, в которой Киров информировал о создавшемся положении в Астрахани и сообщал о мобилизации местными opганизации всех сил, об устойчивом настроении гарнизона.
8 (марта Ревком вновь обратился к рабочим с призывом дать отпор провокаторам. «За последнее время, — говорилось в обращении,— в связи с обострением продовольственного дела в гор. Астрахани, замечается нарушение нормального порядка общественной и особенно фабрично-заводской жизни… Очевидно, всему этому нужно положить предел. Необходимо раз навсегда показать врагам рабоче-крестьянской России, что им не место в революционной Астрахани… Пусть помнят все, что революционная власть самым беспощадным образом расправится со всеми вольными и невольными врагами Советской России» (2).
Хотя гарнизон в основном был надёжным, всё же в некоторых частях, особенно в 45-м полку, антисоветские элементы имели некоторое влияние. В 45-й полк были посланы коммунисты, которые провели там большую работу, в результате чего часть этого полка приняла участие в подавлении мятежа.
Моряки Каспийской флотилии, слушатели курсов командного состава и гарнизон были приведены в боевую готовность. Судам Астрахано-Каспийской военной флотилии был дан приказ командам на берег не отлучаться, усилить вахтенную службу и быть готовыми к выступлению.
10 марта, около 10 час. утра, на некоторых заводах раздались тревожные гудки. Это был сигнал для контрреволюционного выступления. Белогвардейцы стремились захватить заводы, порт, мосты и вокзал.
Под руководством С.М.Кирова были мобилизованы все силы для подавления мятежа. На заводы и в порт были посланы моряки. Воинским частям отдано было распоряжение занять мосты, вокзал, пристани, аэродром, почту, телеграф, центральную часть города, связаться с постами на переправах. Боевые корабли флотилии были приготовлены ю бою. Командам были розданы винтовки.
Одновременно были приняты меры к усилению карательных органов. Губернская чрезвычайная комиссия и особый отдел фронта объединились в единый орган — Особый отдел. Возглавлял этот отдел старый большевик Георгий Атарбеков.
10 марта Астрахань была объявлена на осадном положении, в каждом из шести районов города были учреждены военные комендатуры, к которым перешла власть в районе. Движение по городу было запрещено.

1. «Коммунист» от 7 марта 1919 года.
2. Ленинградский музей С.М. Кирова, отдел фондов, отд. 10, папка 6, л. 58.

Для того чтобы восстановить порядок в городе, Ревком опубликовал приказ: «Всех бандитов, мародёров и сопротивляющихся велениям Советской власти расстреливать на месте» (1). Впредь до особого распоряжения приостановить отправку пассажирских поездов; коменданту rорода принять меры к тому, чтобы ни один белогвардеец не ускользнул из Астрахани. Предлагалось у всех отказавшихся работать немедленно отобрать продовольственные карточки. Особому отделу предлагалось всех виновников восстания немедленно предавать суду Военно-полевого революционного трибунала.
Мятежники заняли помещение Эллинго-Вакандинского райкома партии, колокольню церкви Иоанна Златоуста, пожарную каланчу, откуда они начали стрелять из пулеметов.
По распоряжению С.М. Кирова 10 марта, в 15 ч. 40 м., миноносец «Москвитянин» открыл огонь по колокольне. Пулемёт был сбит. Часть 3-й роты мусульманского полка заняла штаб белогвардейцев. Она захватила тала много оружия, патронов и освободила пленных коммунистов.
Силами партийной организации, революционных рабочих, моряков, красноармейцев к 10 час. вечера белогвардейцы были рассеяны.
11 марта белогвардейцы опять попытались выступить, но безуспешно, к 12 марта белогвардейский мятеж был окончательно подавлен, о чем сообщалось в приказе Ревкома и Реввенсовета. Значительная часть этого приказа была написана C.M.Кировым. «Белогвардейцы и все враги Рабоче-крестьянской власти, дерзнувшие поднять свою подлую руку против пролетарской революции, разбиты», — сообщалось в приказе. Дальше указывалось, что белогвардейцы рассчитывали, захваив Астрахань, запереть советскую Волпу: «Но тяжелая рука революции беспощадно разбила все их планы. Красная армия, красный флот и революционные рабочие Астрахани дружным ударом разбили в прах контрреволюционные планы. Белые банды ещё раз должны будут убедаться в том, что, выступая против Советской власти в Астрахани, они тем самым идут против всей Советской России, которая непобедима, которая каждым днём своего существования доказывает это» (2). С. М. Киров руководил всеми мероприятиями по предупреждению мятежа, а когда мятеж начался, он руководил его подавлением, увлекая за собой коммунистов, сознательных рабочих, моряков, красноармейцев. С.М. Киров работал в эти дни без отдыха, без сна, но, как всегда, был бодр и полон энергии. В письме к товарищу по совместной работе он писал: «Работаю здесь как вол, не имею ни одной минуты свободного времени. Это потому, что обстановка очень тяжёлая. 10-11 марта здесь было основательное белогвардейское выступление, ликвидировано удачно, но повозиться пришлось» (3).
В боях с белобандитами 10-11 марта погибло 33 товарища. Геройской смертью погиб коммунист Ланин, командовавший отрядом; Taie же геройски погиб секретарь партячейки Хидаят Элинбекли. Ему было 60 лет. Несмотря на свой возраст, он взял винтовку и отправится на подавление мятежа. 16 марта состоялись похороны погибших товарищей. На траурном митинге выступил С.М.Киров. Он призывал трудящихся Астрахани так же самоотверженно бороться с контрреволюцией, как боролись погибшие товарищи.
Белогвардейцы вели провокационную работу не только в гоpoде, но и в деревнях. Здесь их опорой были кулаки, которые имели связь с астраханской белогвардейской организацией. Мятежи в Астраханском и Красноярском уездах начались одновременно с выступлением белогвардейцев в Астрахани. Между Рязано-Уральской железной дорогой и Волгой, в степях, оперировала банда под названием «Степные партизаны». Она также была связана с астраханскими белогвардейцами.
Кулаки всюду действовали одинаково: убивали коммунистов, советских активистов, преданных советской власти людей. Сельские коммунисты героически боролись с повстанцами и погибали как герои. В селе Самосделка был убит председатель сельсовета Косарев. На крики кулаков: «Все коммунисты, выходи на улицу!» — он ответил, что не уйдёт со своего поста. Когда в этом же селе арестовали коммунистку Ширяеву, она обратилась к толпе со словами: «Советская власть крепка, и в этом селе она в ближайшие часы восстановится».
Ревком совместно с губкомом PKП (б) и губисполкомом направил в деревню ответственных работников. Кулацкие мятежи в деревнях были быстро подавлены.
После подавления мартовского белогвардейского мятежа Ревком совместно с партийными, профсоюзными и советскими организациями провёл в городе ряд собратий, митингов.
15 марта состоялось собрание совета профсоюзов с представителями фабзавкомов. По докладу о задачах профсоюзов в связи с собьпиями 10-11 марта собрание постановило провести перерегистрацию всех членов союза и перевыборы фабрично-заводских комитетов. Мпогие профсоюзы при перерегистрации требовали от членов coюза письменно заверенных сведений об их поведении во время белогвардейского мятежа.
23 марта на многолюдном собрании пищевиков и конопатчиков, на котором присутствовало больше тысячи человек, выступил с. м. Киров. Собрание постановило напрячь все силы для снабжения армии всем необходимым.

1. Киров С. Статьи, речи и документы, Т.I, стр. 131.
2. Taм же, стр. 133.
3. Ленинградский музей с. м. Кирова, отдел фондов, отд. 1, папка 38, лл. 89-90.

Рабочие завода быв. Нобель на собрании 19 марта постановили: «Признавая свою жестокую ошибку, сделанную в дни 10-11 марта с. г., поддавшись в то время злостной затее белой сволочи, даём клятву впредь всеми силами и средствами защищать рабоче-крестьянскую власть — власть советов» (1).
Аналогичные постановления принимались на других собраниях. Это говорило о большой перемене в настроении той части астраханских рабочих, которая в своё время поддалась белогвардейской провокации. Огромная работа, которую провели Ревком, партийные, советские и профессиональные opганизации под руководством С.М.Кирова, дала свои плоды. Рабочие поняли истинные дели и замыслы белогвардейцев и их агентов.
Под руководством С.М.Кирова внутренняя контрреволюция в Астрахани была разгромлена, советская власть укрепилась в этой борьбе, закалились астрaxанские большевики. Большинство коммунистов города и деревни находилось в первых рядах борющихся против белогвардейцев. Многие из них геройски погибли в этой борьбе.

http://voencomuezd.livejournal.com/208124.html

Добавить комментарий