Ю. Махрин, Ю. Щербинин — Вянет лотос (Правда, 5 мая 1988 года)

Ю. Махрин, Ю. Щербинин - Вянет лотос (Правда, 5 мая 1988 года)На контроле «Правды» — постановление ЦК КПСС

Вянет лотос

Сейчас, когда мы готовимся к XIX Всесоюзной партийной конференции, в редакционной почте все больше писем об усилении контроля за выполнением принимаемых решений. Речь идет о контроле «всеми средствами, включая печать» «Правда» намерена систематически вести ату линию.

Год назад ЦК КПСС принял постановление «О серьезных недостатках в перестройке работы Астраханского обкома партии». Как же выполняется оно?

Здесь, в дельте Волги, растет лотос. И потому он, что называете, герб Астрахани: символ чистоты, знак непрестанного обновления.

Увы, символ этот сегодня поразительно не соответствует облику города. Утопающие в грязи улицы, забрызганные стены старых домов с удобствами во дворе, безликие районы новостроек, обезображенные к тому же наземными линиями коммуникаций…

Но астраханцы любят свой город. С кем ни поговоришь, объясняют его судьбу дельно искренне и ясно. Дескать, рыбу в планирующих инстанциях всегда считали продуктом чуть ли не даровым и потому капитальные вложения выделяли по остаточному принципу.

Вместе с тем в Астрахани помнят, что рыбка волжская, право, золотая: та же черная икра издавна полнила валютный фонд Отчизны, чтобы можно было приобрести за рубежом и новейшую технологию, и машины, оборудование. Преображались старые, росли новые города-красавцы: шахтеров, металлургов, газовщиков и нефтяников, химиков, а в последние годы автомобилестроителей. Астрахань же — город рыбный — старел и хирел, не до него всем было. И вот сегодня здесь полтора миллиона квадратных метров жилья подлежит сносу.

Получается, что лотос цвел, а корни его с годами слабели, появились очаги анемии. В этих условиях и обком партии оказался не на высоте, действовал нерешительно. Об этом и шла речь в постановлении ЦК КПСС.

Астраханцы ожидали пленума своего обкома, которому предстояло обсудить этот документ, как ждут ледокола, взламывающего по весне панцирь, сковавший Волгу. Крушит его, ломает, давая волю могучему половодью…

И вот — пленум. Предстояло произвести переоценку ценностей, строгую ревизию методов работы областного партийного штаба, поразмыслить, как облегчить разлив людской инициативы, творчества и на этой основе — прорыв на главных направлениях.

Доклад прорыва не обещал. Мимоходом, мимолетом сказано было о работе самого обкома. Критические ядра сразу же привычно покатились сверху вниз: «Обновляющее дыхание перестройки не охватило всех сторон деятельности Астраханского горкома, его бюро и секретарей». А ведь строки постановления ЦК бьют не в бровь, а в глаз: «Считать недопустимым безынициативное отношение обкома партии, членов бюро, первого секретаря т. Бородина Л. А. к вопросам перестройки».

В прениях начались набившие всем оскомину отрепетированные самоотчёты, По трафарету сочились скучные речи. Не честный, прямой разговор, а леденящее душу безразличие.

Их сто тридцать — членов и кандидатов в члены обкома, членов ревкомиссии. Выборный актив. Актив! Коллективный ум обкома, его творческая душа. Отряд впередсмотрящих. Именно к ним накануне недавнего отчета о работе по руководству перестройкой и обратилось бюро обкома с анкетой. Вопросы интересные, поставлены остро, ребром. Впервые вот так, напрямую.

Но вот факт: сорок восемь членов выборного органа не воспользовались тем «гласом». Почему? Сочли, что анкетирование просто-напросто дань моде и даже живое, искреннее слово не всколыхнет мертвые заводи консерватизма, не прозвучит набатом?

Или это знак все того же обескураживающего равнодушия, дескать, а нам же равно?

Тревожные, согласитесь, вопросы. Увы, бюро обкома не искало ответа на нах. А многие рядовые партработники обеспокоены, полагают, что та анкета явилась лакмусом, выявившим реакцию анемии у части членов обкома. Ставят вопрос:

— Выборный актив и апатия. Разве это совместимо?

Объясняют ее «природу»: члены обкома в основном один жизненный пласт. Читает их имена любой ветеран партии и восклицает: «Ба, знакомые все лица!» Уж если кто попал в обойму — на десятилетия. Никого не выводят, никого не переводят. Сработались, как говорится.

В постановлении ЦК самая острая критика в адрес обкома была как раз за то, что он не даёт партийной оценки накопившимся застойным явлениям в работе· с кадрами. Отмечалось: «На областном уровне руководства имеется немало людей, которые привыкли к спокойной жизни, не болеют душой за дело, не могут работать по-новому, не видят перспективы».

Есть ли тут перемены? Да, кое-какие есть, «Катапультированы» из руководящим кресел самые одиозные личности, которые в обстановке бесконтрольности и попустительства злоупотребляли должностями, пьянствовали без отрыва от производства. Сменилось 40 процентов завотделами в обкоме. Обновился на треть состав первых секретарей горкомов и райкомов. Новым людям обеспечен и доступ и «браздам правления» в исполкоме областного Совета…

Но по-прежнему остаются на плаву лица, не умеющие , обеспечить дело на доверенном участке. Критика в их адрес в стенах обкома звучит привычно. Критика дозированная — как способ сохранения «лично преданных».

В Астрахани почувствовали вкус к выбору руководителей. Стали привычными объявления в газетах о конкурсах на посты директоров предприятий. Тайным голосованием из нескольких кандидатов избраны первые секретари пяти райкомов КПСС, а также каждый третий секретарь первичной парторганизации.

Однако гласность, демократизация в кадровой политике не поднялась выше районного звена. «Замерла здесь, — говорит первый секретарь Приволжского райкома Б. Мороз. — Кандидатуры в областные верхи выдвигаются по-прежнему келейно, на обсуждение не выносятся».

Притчей во языцех стало у астраханцев, например, выдвижение В. Аракеляна. Редактировал областную газету «Волга», о которой в постановлении ЦК сказано: «Не занимает активной позиции в постановке острых, принципиальных проблем перестройки». «Отутюженные страницы» — так писала об этой поразительно робкой газете центральная печать. И вот редактор стал секретарем обкома КПСС по идеологии. Слушатели вечернего университета марксизма-ленинизма одолевали лекторов недоуменным вопросом:

— Неужто столь удобный, покладистый человек нужен сегодня! обкому?

А лекторов тех самих переполняет недоумение. Собрал их впервые новый секретарь, вроде бы для откровенной беседы, да убил настроение на душевный разговор в зародыше. Сразу же объявил: «Вопросы задавать только в письменной форме!»

Робость перестраховки, как видим, пустила глубокие корни в душе обкомовского «новобранца». Какие уж там смелость и раскованность, половодье чувств и мыслей! Какой уж там ледоход!

Немудрено, что даже в горкоме областного центра эффективность идеологической работы и поныне измеряют не состоянием людских душ и умов, а… числом вопросов, рассмотренных за год на заседаниях бюро.

— По принципу затухающей волны проходят часто те или иные мероприятия. Высокий гребень на уровне областных организаций и полный штиль в трудовых коллективах, — такую характеристику дал член обкома В. Жилинский, — Надо смелее идти на общение с людьми, больше проводить вечеров ответов на вопросы, диспутов.

Многие наши собеседники озабочены: нет реального резерва на выдвижение. Молодой заведующий орготделом обкома поясняет ситуацию: «Нарабатываем опыт»… А как? Программу «Кадры», намеченную пленумом при обсуждении постановления ЦК, собирались утвердить еще в июле 1987-го. Не готова и поныне. А раз нет системы подбора, расстановки и воспитания организаторов, то на высокие посты нередко выдвигаются не столько по деловым качествам, сколько по всяким случайным обстоятельствам.

— Многим работникам обкома — и молодым, и старым не хватает компетентности, — считает генеральный директор Астраханского судостроительного производственного объединения В. Безжонов, — Вина в этом мне видится в кадровой политике бюро. Ну назвал первый секретарь обкома Л. А. Бородин на пленуме цифры — где и сколько поменяли партработников. Но те проценты мало о чем говорят, во всяком случае о качестве замен молчат. Я бы не сказал, что все они произведены правильно, исходя из интересов дела.

«Вскочил как дождевой пузырь!» — довелось слышать отзыв об одном выдвиженце. Знания дела ему недостает, а при власти. Не на этой ли почве произрастает административно-командный стиль?

От некомпетентности обкомовцев хором стонут и хозяйственники, и работники горкомов, райкомов. Особенно часто в слабом знании дела упрекают тех, кто курирует промышленность и строительство, «Скользят по поверхности», «На рассмотрение бюро зачастую выносят мелкие, возникающие в пожарном порядке вопросы», «В словах пустой звон, а в голосе — металл».

Недавний пленум обкома констатировал: «Главный фактор торможения — в преобладающем командно-приказном стиле». Все его единодушно проклинают, а он живёт-здравствует.

Как работает нынче обком? С раннего утра налаживается телефонный мост с предприятиями, селом; «Молока сколько?» Хотя дойка еще не закончилась. В роли бесстрастных статистиков выступают партработники. Молятся оперативной цифре, ее считают главным принципом собственной компетентности и базой эффективного партийного руководства экономикой. Большего сами с себя и не требуют.

Руководители области твердят: обкомовцы стали чаще бывать на местах — приблизились и передовой линии перестройки. Вроде бы снят упрек, высказанный в постановлении

ЦК, что живая работа подменяется показной деловитостью. Верно, ездят больше. А след какой остается? Послушаем первого секретаря Володарского райкома В. Турченкова:

— Наезжают многочисленны· комиссия. Собирают всевозможные денные, справки и уезжают с чувством исполненного долга.

Часто бывает так; только-только работники одного отдела уехали, а другого — явились. Каждый сам по себе. Ведомственность, чересполосица, дублирование… Обком с растопыренными пальцами, как сказано в письме астраханцев в «Правду». Очень много разных совещаний, на которых пышным цветом расцветает нажимной, устрашающий стиль. На него особенно сильно уповает секретаре М. Воронова.

Председатель колхоза имени Кирова Икрянинского района Н. Кабикеев обескуражен:

— Позавчера провел совещание заведующий отделом рыбной промышленности Г. Бахарев. Собрали рыбаков из трех районов. Вышли мы с того веча, переглянулись и спрашиваем друг друга: «А зачем нас собирали? Ведь ничего не решили!»

Между тем отрасль — в бедственном положении. Выловленная «золотая» рыба нередко гибнет, так как перерабатывающая база безнадежно устарела, и Минрыбхоз не жаждет реанимировать ее.

Немыслимая, но быль. Тянут сети рыбаки, сил не жалея, радуясь, что доставят людям к столу продукт — деликатес, а вытянут — гниет на берегу (разумеется, с головы). Не принимает «Каспрыба». И продать не велит: дескать, мое, не ваше. Тут уж приходит черед плакать рыбакам, у них на руках договор, сколько и чего надлежит добыть, а добытое портится. Прилавок же продмага радует порой астраханцев только осетровыми головами. Здешний народ добродушно шутит: «Неужто водятся осетры с туловищем и хвостами?»

Стиль работы обкома…

Оценивая его, слесарь Харабалинского консервного завода В. Кустов сказал с трибуны пленума:

— Решения бюро практически остаются на бумаге.

Документов очень много, притом противоречащих друг другу. «Мы запутались в них!» — сетует Ю. Круглов, зам. председателя облисполкома.

А сотрудников Астраханского горкома партии душит гнев. Поступило постановление бюро обкома с резолюцией «Обсудить, разработать мероприятия и доложить об исполнении к…» Доложить надлежит об организаторской работе… среди животноводов и земледельцев. Одна закавыка: в городе нет полей и ферм.

Вот оно — обличье формализма. Жив, жив курилка! Еще один красноречивый «жест». Обком требует (требует!) сообщать о критических замечаниях и предложениях, высказываемых коммунистами. Партийные комитеты бережно обобщают людские мысли, документом бесценного груза везут в Астрахань. На том все и кончается. Ни одному человеку обком не удосужился не то чтобы сказать простое спасибо, например, через свою газету, а и сообщить о принятых мерах. Но коль не ценят добрые слова, естественно, затухает человеческая мысль.

Оценивая стиль работы Астраханского обкома, ЦК КПСС отмечал: «Характерно отсутствие инициативы в обеспечении коренных перемен на главных направлениях ускорения…» Социальная сфера (члены выборного актива при анкетировании поставили ее по остроте как раз на первое место), промышленность, сельское хозяйство. И в отчете обкома, и в рапорте, отправленном в Москву, превалируют мягкие, этакие пастельные тоня. Приводятся цифры, которые иначе как лукавыми не назовешь: о росте капвложений, превышения уровня предыдущего года. Это — явное стремление уйти от анализа причин того, что план строительства жилья выполнен на 95,8 процента, детских дошкольных учреждений — на 65, школ — на 93… Обойден молчанием производственный быт, хотя на 90 процентах животноводческих ферм нет минимальных условий для отдыха людей.

Коэффициент сменности оборудования — самый низкий в областях Поволжья. Каждое третье предприятие не выполняет план по производительности труда, часто срываются поставки по договорам.

И всё же самое тревожное положение на селе. По надоям молока (1.856 килограммов от коровы) область занимает одно из последних мест в России и потому на иждивении у страны. Приходится завозить молоко. Объем сельскохозяйственного производства снизился в 1987 году на шесть процентов. Не выполнены задания по закупкам мяса и шерсти, овощей и арбузов. Уровень рентабельности едва превысил четыре процента.

На поиск нестандартных путей решения назревших проблем ориентировало обком постановление ЦК. Такой поиск ведут на Кубани к в Туле, создавая агропромышленные объединения, в Белгороде, где город повернулся лицом к селу, преображая его технический уровень. В Астрахани же господствует апатия к новому. Облагролром превратился в бюрократическую машину, родящую бурный поток распоряжений. В прошлом году их отправлено в районы 1.330. Такого еще никогда не бывало! Под сладкий лепет о развитии инициативы спеленали селянина инструкциями по рукам и ногам.

Впрочем, уцелел островок крестьянской жизни — в колхозе «Дружба» Красноярского района. Здесь одна бригада получает самый высокий в области урожай овощей — за 500 центнеров. Каким же чудом сохранился этот оазис? Узнаем — бригада… ученическая. Сюда ни одно распоряжение Госагропрома, к счастью, не дошло. И на совещаниях их ни в райком, ни в обком не звали. Ребята — потомственные овощеводы — слушают только землю.

Кстати, расплатившись с колхозом за неё, за амортизацию техники, горючее и удобрения, школьники получили чистую прибыль 143 тысячи рублей и перечисляли их на плавательный бассейн.

Перестройка в области буксует. «Всё еще присматриваемся к ней, а пришло время энергично действовать»… Так говорят члены обкома, многие другие астраханцы. Считают: активность людей труда растет, и партийный комитет, избранный для проведения действенной политики, должен или ускорить шаг, чтобы не отстать, или уступить место тем, кто способен обеспечить доступ живительных соков к корням вянущего лотоса.

Ю. Махрин, Ю. Щербинин.

(Спец. корр. «Правды»)» г. Астрахань.

Добавить комментарий