Такэхико Иноуэ — О разработке «Положения об оспопрививании в калмыцких улусах (1839 Г.)»

Уважаемый посетитель! Этот замечательный портал существует на скромные пожертвования.
Пожалуйста, окажите сайту посильную помощь. Хотя бы символическую!
Администрация сайта благодарит Вас за вклад, который Вы сделаете.

04389961О разработке «Положения об оспопрививании в калмыцких улусах (1839 Г.)»   (по материалам переписки И.С. Тимирязева и П.Д. Киселёва)

Такэхико Иноуэ

Университет Хоккайдо (г. Саппоро, Япония)

В 18 и 19 веках в Российской империи были созданы три общества буддийского духовенства. Одно – у бурятов, два – у калмыков. Обращает на себя внимание то, что американский исследователь Р. Круз, говоря о взаимоотношениях Российского правительства и мусульманской элиты в Поволжье, писал и о буддийском духовенстве. Российские чиновники и буддийский монахи всегда поддерживали друг друга (9. P. 63).

Буддийские сообщества делали различные шаги в целях своего развития (10). Бурятская граница с Цинской империей оказывала большое влияние на политику Российской империи. Как отмечают исследователи А.А. Курапов и А.Н. Алиева, можно говорить о том, что Астраханский губернатор И.С. Тимирязев признавал своеобразие духовного управления приволжскими калмыками (4).

В данной статье рассматривается разработка «Положения об оспопрививании в Калмыцких улусах», которое было утверждено 8 июля 1839 года, по материалам переписки И.Т. Тимирязева, Астраханского губернатора, и П.Д. Киселева, министра государственного имущества (6). Анализируется взаимозависимость, прослеживавшаяся в отношениях российских властей и калмыцких монахов, исследуется степень сотрудничества на разных уровнях и взаимопомощи в области медицины.

Оспа – единственная инфекционная болезнь, которой сегодня человечество не страдает. Победа над оспой является знаковым достижением медицинской науки. В настоящее время профилактические прививки против оспы разделяются на два типа, вариоляцию и вакцинацию. Вариоляция – это метод прививки человеческой оспы путем введения содержимого оспенных пузырьков (гноя, струпа, и т.д.) здоровым людям в целях получения невосприимчивости к этой болезни.

Существуют различные мнения о происхождении вариоляции, есть разные способы вариоляции. Прививки человеческой оспы появились в древности на Среднем Востоке, в Индии, в Китае и в других регионах. В Российскую империю вариоляция пришла через Кавказ, Центральную и Восточную Азию. Например, Yu Zhengxie (1775-1840), китайский интеллигент Цинской династии пишет, что Российское правительство (вероятно, князь Василий В. Голицын) отправило русского врача в Пекин для изучения китайской вариоляции в 1688 г. В Центральной Азии мигранты из Бухары и их ученики прививали казахам человеческую оспу. Говорят, у казахских шаманов «баксы» тоже была техника вариоляции. Философ Вольтер и путешественник Самуил Г. Гмелин упоминали о прививании человеческой оспы на Кавказе. Известно, что Мэри У. Монтегю, английская писательница и путешественница, внедрила вариоляцию в Англию. Екатерина II получила этот метод прививания человеческой оспы в 1768 г. и приказала проводить данную процедуру всем подданным в Российской империи.

Метод вариоляции являлся для привитых очень опасным, так как имел серьезные последствия, поэтому английский врач Эдвард Дженнер в 1796 году отрыл менее рискованный способ. Во время одной опустошительной эпидемии он случайно сделал великое открытие о предохранительной силе коровьей оспы, заметив, что доярки, переболев коровьей оспой, никогда не заболевают оспой человеческой. Взяв это наблюдение за основу, он разработал способ вакцинации (слово «вакцина» – от латинского «вакка» – корова), который принес спасение миллионам людей от ранее непобедимой болезни. Это было второе рождение оспопрививания. Прививка коровьей оспы распространилась быстро и оказалась абсолютно безопасной.

Первая официальная прививка коровьей оспы в России была зафиксирована в 1801 году. В 1802 году Российское правительство приказало вакцинировать всех имперских подданных. К 1816 году вакцинация достигла Камчатки и Аляски. Среди калмыков она была начата в 1802 году (эффективнее с 1805 года).

Проект «Положения…» был разработан инспектором врачебной управы Астраханской губернии Соломоном. Уже в 1834 году положение об управлении калмыцким народом предусмотрело оспопрививание калмыков. Получив данный проект в 1836 г., И.С. Тимирязев, военный губернатор Астраханской губернии, представил его графу Д.Н. Блудову, министру внутренних дел (1832-1838 гг.). В дальнейшем проект обсуждали Д.Н. Блудов, И.С. Тимирязев и заинтересованные члены правительства (Медицинского Совета). Непосредственно перед завершением формирования «Положения…», в 1838 году руководство дел по калмыцкому народу было передано в Министерство государственного имущества (МГИ), поэтому И.С. Тимирязев снова обсуждал проект с П.Д. Киселевым, министром государственного имущества, и заинтересованными чиновниками (8. Л. 1-48об).

17 июня 1838 г. П.Д. Киселев представил проект к обсуждению и выслушал мнения чиновников МГИ. В Совете министерства были высказаны некоторые острожные замечания, «склоняющиеся к тому, чтобы при введении сей полезной меры в народе диком и невежественном отвратить неудовольствия и беспорядки» (8. Л. 56-56об). Может быть, эффективнее сначала привить предохранительную оспу «владельцам и начальствующим между калмыками» и показать простолюдинам безопасность прививания коровьей оспы. Кроме того, П.Д. Киселев обосновал И.С. Тимирязеву то, что «по ознакомлению их с сего операцией, для получения людей в оспопрививатели, нужно обратиться к их духовенству, по большому там числу оного, предназначаемому к уменьшению» (8. Л. 56-60об). Роль буддийских монахов в вакцинации ограничивалась весьма косвенными функциями и в проекте Соломона, и в исправленном варианте Министерства внутренних дел. Обращает на себя внимание положительное мнение П.Д. Киселева об участии буддийских монахов в оспопрививании.

В соответствии с мнением П.Д. Киселева и других членов МГИ Астраханский военный губернатор И.С. Тимирязев снова рассмотрел содержание проекта с А.М. Фадеевым, первым главным попечителем калмыцкого народа. В ответе П.Д. Киселеву от 17 сентября 1838 г. И.С. Тимирязев отмечал некоторые исправления и дополнения, связанные с состоянием калмыков, количеством и должностью оспопрививателей.

И.С. Тимирязев не ждал утверждения обсуждаемого проекта положения об оспопрививании в калмыцких улусах, было сразу начато прививание коровьей оспы не только людям высших калмыцких сословий, но и простолюдинам. Вакцинация была произведена через медицинских чиновников «во всех кочевьях» в 1837 и частью в 1838 годах. Этой процедуре были обучены 34 калмыка, которые исполняли свои обязанности без всякого препятствия со стороны калмыков и их владельцев (8. Л. 67-67об).

И.С. Тимирязев, указав на совершившийся факт вакцинации у калмыков, попросил П.Д. Киселевао разрешении «приведения в исполнение проекта положения об оспопрививании в Калмыцких улусах прежде составления общих изменений по управлению Калмыцким народом, ибо введение оного с настоящего времени в виде опыта предупредит несчастные последствия, кои возобновляются с каждою весною» (8. Л. 68). Получив ответ И.С. Тимирязева по исполнению оспопрививания, в МГИ снова прошли обсуждения. В результате члены МГИ пришли к заключению, что нельзя отказаться от успешной меры по исполненной вакцинации у калмыков, так как «причиною оспенной эпидемии, с ее губительными последствиями, свирепствующей часто в Астраханской губернии, были всегда калмыки, небрегущие о прививании в своих улусах предохранительной оспы» и «несомненно» полезно «для калмыков в скорейшем приведении этого проекта в действие». И в спорных пунктах проекта мнение И.С. Тимирязева было почти полностью принято (8. Л. 69-84). Таким образом, «Положение об оспопрививании в Калмыцких улусах» полностью утвердили 8 июля 1839 г.

В процессе разработки «Положения…» можно отметить следующие ключевые пункты:

Во-первых, Астраханская губерния открыла обсуждаемый проект вакцинации у калмыков по собственному усмотрению. Необходимость оспопрививания была установлена в «Положении об управлении калмыцким народом» от 24 ноября 1834 г. В рапорте от 12 декабря 1836 г. на запрос Д.Н. Блудова, министра внутренних дел, по достижении реформы управления калмыков, И.С. Тимирязев донес так: «Оспопрививание постоянное, до сих пор, нигде еще в улусах не введено. Это происходит, по отзывам владельцев, от недостатка, или от другого качества оспенной материи. Таковое указание владельцев, едва ли, вполне справедливо, – и прямая причина в нераспространении оспопрививания заключается в обычной беспечности калмыков и в их малодушии, при появлении видов оспопрививания. Калмыки страшатся всякого бедствия, тогда, когда таковое их постигает; но по прошествии невзгод, они забывают зло, и нисколько не помышляют о мерах к предотвращению подобных несчастий, хотя бы это и зависело от их воли» (7. Л. 359-359об). Возможно, что И.С. Тимирязеву было неприятно получение предложения о повторном обсуждении проекта об оспопрививании, а также по переводу управления калмыков с МВД на МГИ. По словам А. Фадеева, главного попечителя калмыцкого народа, Тимирязев – «человек умный, честный, благонамеренный, прямой, энергичный, но, вместе с тем, пылкий, отчасти самовластный и деспотичный, он всем хотел руководить по-своему; но, прослужив всю жизнь на военной службе, с гражданской частью был еще мало знаком и потому часто не достигал тех результатов, которых желал», кроме того, «подчас хлопот было много, чтобы справиться с его неподатливостью» (2. С. 160). Следует отметить, что Астраханский губернатор в то время имел право самостоятельно принимать решения в том случае, если центральное правительство задерживало установление законодательства.

Во-вторых, И.С. Тимирязев не упомянул об использовании буддийских монахов в вакцинации калмыков, о необходимости которого написал П.Д. Киселев. Упоминания о монахах отсутствуют в переписке. Отношение И.С. Тимирязева, «игнорирование», происходило, возможно, в связи с особенностями его характера. Во время обсуждения проекта об оспопрививании 4 марта 1838 г. П.Д. Киселев приказал И.С. Тимирязеву «войти в соглашение с Ламою и Духовным правлением» об уменьшении хурулов (храмов) и духовенства в калмыцких улусах, так как «благоугодно было обратить Высочайшее внимание на большее число духовных лиц и повелеть изыскать удобнейшие средства уменьшить оное» (5. Л. 1). То есть П.Д. Киселев, с одной стороны, приказав И.С. Тимирязеву уменьшить количество калмыцких буддийских монахов, с другой стороны, предложил ему использовать монахов в оспопрививании. У И.С. Тимирязева взгляд на медицину монахов прослеживается в его словах к Ламе Джимбе-Габунг Намкаеву в мае 1836 г.: «Известно, что гелюнги калмыцкие, пользуясь слепою покорностью и доверием к ним калмыков всякого состояния – начиная от простолюдина до владельца – при случавшийся с кем-либо из них болезни, быв приглашаемы к больному для лечения, – чего вовне понимая и, следовательно, редко доставляют пользу болящему, – обирают только у него что попало: скот, имущество, вещи, словом, что им нравится, уверяя, что такая-то вещь, или такая-то скотина есть причина болезни. Больной верит и не смеет отказать, признавая всякий отказ за тяжкий грех. Таким образом, все достояние гелюнгов, оставлять в семействе первого одну нищету» (5. Л. 2об). Несмотря на это, может быть, И.С. Тимирязеву не следовало закрывать глаза на доверительные отношения между монахами и верующими в процессе лечения.

Обращает на себя внимание то, что в действительном применении «Положения об оспопрививании в калмыцких улусах» Астраханская губерния приняла реальное распоряжение, то есть помощь буддийских монахов была использована в процессе вакцинации калмыков. В «Положении…» предусмотрено исключительно косвенное участие монахов в оспопрививании. Тем не менее, две третьих людей, которые прививали коровью оспу, состояли из духовных лиц (гелюнги, гецули, манджи), две третьих привитых – это люди, которым монахи сделали прививку (3. без номера листов). Таким образом, анализ процесса оспопрививания у калмыков выявил значительные расхождения между формированием и применением закона в Российской империи. Наем буддийских лам для вакцинации калмыцкого народа обусловлен острым недостатком медицинских работников в то время.

В-третьих, Разработка и претворение в жизнь этого закона в отношении калмыков были основаны на мнении Соломона о том, что «причиною оспенной эпидемии были всегда калмыки» (8. Л. 50). В 1825-1839 гг. натуральная оспа имела эпидемический характер чаще в Архангельской, Санкт-Петербургской, Томской, Курляндской, Лифляндской губерниях, чем в Астраханской губернии. Хотя в 1837 году эта эпидемия свирепствовала среди калмыков (1. С. 53-57). Таким образом, истинные причины необходимости формирования и применения специального положения об оспопрививании калмыков представляются пока не известными. Переписка И.С. Тимирязева с П.Д. Киселевым в процессе разработки «Положения…»выявляет заинтересованное отношение российских медицинских чиновников к калмыцким монахам и их медицине.

Биографический список

1. Веревкин И.А. История оспы в России и мер к ее уничтожению. СПб., 1867.

2. Воспоминания Андрея Михайловича Фадеева. 1790-1867 гг. Одесса, 1897. Часть 1.

3. Государственный архив Астраханской области (ГААО). Ф. 484. Оп. 1. Д. 3.

4. Курапов А.А., Алиева А.Н. Проекты религиозных реформ Астраханского губернатора И.С. Тимирязева в отношении приволжских калмыков // Астраханские краеведческие чтение. Выпуск III. 2011. С. 172-179.

5. Национальный архив Республики Калмыкия (НАРК). Ф. 7. Оп. 4. Д. 15.

6. Полное собрание законов Российской империи. Собрание 2-е. Т. 14. № 12518. СПб., 1839.

7. Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 383. Оп. 29. Д. 111.

8. РГИА. Ф. 383. Оп. 29. Д. 148.

9. Robert Crews, «Empire and the Confessional State: Islam and Religious Politics in Nineteenth-Century Russia» American Historical Review 108, no. 1 (2003), pp. 50-83.

10. Dittmar Schorkowitz, Staat und Nationalitäten in Russland: Der Integrationsprozess der Burjaten und Kalmücken, 1822-1925(Stuttgart: Steiner, 2001).

Выражаю огромную признательность Такэхико Иноуэ (Университет Хоккайдо (г. Саппоро, Япония)) за предоставленный текст.

Добавить комментарий